Кризис мебельной отрасли: малые фабрики уходят с рынка

По итогам 2025 года производство мебели в России сократилось почти на 7%, а розничные продажи — на 20%. Малые производители вынуждены сворачивать деятельность из-за повышения НДС и снижения потребительского спроса. Эксперты видят выход в увеличении таможенных пошлин на импортную мебель и восстановлении объёмов ипотечного кредитования.

Согласно данным Росстата, индекс промышленного производства мебели за январь-декабрь 2025 года снизился на 6,9%. Для сравнения, в 2024 году отрасль демонстрировала рост: объём производства составил 522 млрд рублей в денежном выражении и 75,7 млн единиц в натуральном.

Оператор фискальных данных «Платформа ОФД» зафиксировал ещё более значительное падение розничных продаж — на 20% по сравнению с 2024 годом. При этом покупки товаров для дома уменьшились на 3%, а строительные и ремонтные материалы показали незначительный рост в 1%.

Дмитрий Тортев, член экспертного совета Комитета по защите конкуренции Госдумы, полагает, что в денежном выражении по итогам 2025 года может наблюдаться рост на 7-8% за счёт увеличения цен.

Александр Шестаков, генеральный директор «Первой мебельной фабрики» и президент АПМДПР, отмечает, что окончательные итоги года ещё не подведены. По предварительным оценкам, объём производства останется на уровне 2024 года без существенных изменений, но сегмент розничных продаж значительно снизился.

Многие участники рынка подтверждают спад в сегменте B2C. Например, представители петербургской фабрики «Коненкофф» заявили, что 2025 год стал «нетипичным»: традиционная сезонность продаж не наблюдалась, спрос стабильно снижался.

Компания «Балтика мебель» из среднего ценового сегмента сообщает о заметном сокращении продаж. В прошлом году предприятию пришлось поднять цены на 20% из-за роста стоимости комплектующих, что негативно сказалось на привлекательности для клиентов.

Даже в эконом-сегменте ситуация сложная. Генеральный директор фабрики «Лидер» Владимир Поздяков констатирует падение продаж на 30% и высокую конкуренцию, вынуждающую некоторых игроков демпинговать. Выручка компании снизилась с более чем 400 млн рублей до 270 млн.

Эксперты «Коненкофф» отмечают, что некоторые продавцы на маркетплейсах реализуют мебель по ценам ниже себестоимости фурнитуры. «Мы уже видим уход небольших производителей, и ожидается, что этот процесс только будет набирать силу и в связи с ростом НДС, и в связи с падением спроса», — говорят в компании.

Относительно стабильным остаётся лишь премиальный сегмент. Игнатий Неведомский, директор фабрики элитной мебели «Стекс», утверждает, что продажи не падают, так как клиенты имеют высокий и стабильный доход.

Производители жалуются на засилье импортной мебели, особенно из Китая, а также на контрафактную продукцию на маркетплейсах. Александр Шестаков указывает, что доля импорта на российском рынке достигает 27%.

По данным китайской таможни, поставки мебели в Россию за пять лет выросли на четверть, достигнув 220 млн долларов по итогам 2025 года. Шестаков уточняет, что с 2022 года годовой объём импорта стабилизировался на уровне около 130 млрд рублей, из которых 25-30 млрд приходится на мебель из недружественных стран.

«Низкие ввозные пошлины на импортную мебель в РФ и сохранённые логистические цепочки позволили иностранным компаниям не просто восстановить поставки, но и наращивать их. Поэтому в 2026 году мы ожидаем дальнейший рост импорта на 5–10%», — комментирует Александр Шестаков.

При этом общий объём ввоза мебели в Россию за последние пять лет сократился более чем вдвое — с 1,3 млрд долларов в 2019 году до 520 млн в 2024-м. Тем не менее, местные производители продолжают сталкиваться с трудностями.

Одна из проблем — зависимость от импортной фурнитуры. Дмитрий Тортев напоминает, что только Китай в прошлом году получил за поставки ручек, направляющих и петель 158,8 млн долларов. За ним следуют Польша, Италия, Турция, Словакия и Германия. «Процесс замещения в этом секторе идет, но он болезненный и небыстрый», — говорит эксперт.

По прогнозам Тортева, спрос на мебель может восстановиться не ранее 2027 года, поскольку это товар отложенного спроса, покупку которого откладывают при снижении доходов.

Существенно уменьшился и главный драйвер спроса — ипотечное кредитование. Ввод жилья в 2025 году, по оценкам, сократился до 95–100 млн кв. м против 107,8 млн в предыдущем году.