Обязательный пейзаж: архив семьи Сотниковых

Квартира расположена в старом доме на Садовой, балкон выходит на площадь Тургенева. Местные называют это место Покровкой: здесь до 1934 года стояла Покровская церковь 1803 года постройки в стиле классицизма, возведённая архитектором Иваном Старовым. Среди прихожан был юный Александр Пушкин с родителями. На этой же площади в гоголевской «Шинели» ограбили Акакия Акакиевича. Место знаковое.

Художник Иван Сотников (1961–2015, с 1996 года — отец Иоанн) жил в этой квартире, тогда коммунальной, и однажды придумал акцию «Обязательный пейзаж». Это перформанс, в рамках которого гостям — не всегда художникам — предлагалось изобразить вид из окна на площадь. Работали на бумаге, картоне, холсте или любом подручном материале.

Акция началась в 1980-е и продолжается до сих пор. В семейном архиве хранится более сотни работ, пока недоступных широкой публике. «Фонтанка» побывала в знаменитой квартире, пообщалась с сыном Ивана Сотникова Тихоном и запечатлела архив.

Старт акции дала знаковая выставка ТЭИИ (Товарищества экспериментального изобразительного искусства) в октябре 1982 года. «Тогда молодые и не очень экспериментаторы собирались в мастерской Бориса Аксельрода на углу Вознесенского проспекта и набережной Фонтанки, — рассказывает Тихон. — Сам он тоже постоянно там работал. И папа часто заходил к нему по пути между школами — общеобразовательной и художественной. Именно в таких квартирах тогда проходили выставки работ художников, которые не состояли в Союзе художников. И в такой атмосфере у папы родилась идея акции „Обязательный пейзаж“. Название обыгрывает формат, в котором работали ученики художественной школы: ведь и там, и в Академии учат работать с конкретными постановками, которые обязательны для всех. Акция, которую задумал папа, воспроизводила эту обязательность в духе экспрессионизма того времени. Как и всё, что делали эти художники, акция была хулиганской, но безобидной — в ней не было ничего политического или провокационного».

Тихон вспоминает, что у Ивана Сотникова «всегда хорошо получалось мягко, завлекающе предложить человеку порисовать». Обычно речь шла о рисунках с натуры, а если об отвлечённых сюжетах — то чаще о библейских. «Папа в них видел некую эпичность, красоту события, как может быть в фэнтези или фантастике, — рассуждает Тихон. — Нам, детям (а нас у папы восемь) папа тоже вот так мастерски предлагал рисовать. Обычно это было что-нибудь простое, например цветы в вазе. К „Обязательному пейзажу“ у него был тот же подход — он предлагал очень разным людям изобразить один и тот же вид. Перебирая больше сотни архивных работ, невозможно представить, что из коллекции выпадет хоть одна: все пейзажи друг друга взаимодополняют. Хотя многие из авторов были далеки от искусства». Акция была проста: чтобы заняться искусством, достаточно взять материалы и посмотреть в окно в комфортной обстановке среди приятных людей.

О начале акции на «Коломна фесте» рассказал художник и друг Ивана Сотникова Александр Флоренский. Первую выставку «обязательных пейзажей» в начале 1980-х задумал Сотников, Флоренский тогда находился в той же квартире и помогал развешивать работы. Обнаружилось, что у выставки нет афиши, и, по словам Флоренского, «Ваня нарисовал на таком вот листе от руки афишу, силуэт вот того дома с башенкой, слева какое-то дерево и написал: „Обязательный пейзаж“, суббота, воскресенье. Это были дни, когда выставку мог посетить любой. Какое число это? Если б я помнил».

«Люди приходили, рисовали, это всё растянулось на два дня, — продолжает Тихон. — Работы тут же расставляли в квартире, выставка рождалась буквально на месте. Надо сказать, что в самой идее акции у папы, наверное, проявилась семейная склонность к театральности. Дело в том, что бабушкин брат (по папиной линии) Геннадий Сотников (1938–2007) был известным театральным художником. Думаю, он сильно на папу повлиял — в его работах есть ощущение сцены, также и папа вид из окна квартиры представлял в слегка театральном ключе».

На первый «Обязательный пейзаж» попали не все желающие — люди не поместились в квартире. Акция растянулась на годы, вид из окна комнаты Сотникова снимали и фотографы, например Борис Смелов. По традиции создатели «Обязательного пейзажа» оставляли работу в квартире. Позже формат перенял (уже не в этой квартире) Александр Флоренский, который закупил больше ста холстов одинакового размера и давал художникам на них работать. «Но отмечу, что Флоренский предлагал создавать свой пейзаж только художникам, а папа — всем, — подчёркивает Тихон. — Многие из тех, кому папа предлагал нарисовать „обязательный пейзаж“ на бумаге, картоне или холсте, были вовсе не художниками, а обычными людьми».

До конца 1990-х квартира оставалась коммунальной. Здесь жила и Марина Петровна Сотникова (1930–2016) — мать Ивана Сотникова, многолетняя сотрудница Эрмитажа, ведущий российский нумизмат со специализацией на древнерусских монетах. Иван Сотников с друзьями собирался, когда она уезжала на научные конференции. В 1998 году последние коммунальные соседи решили продавать свою комнату, и друзья Ивана помогли устроить выставку-продажу картин, чтобы её выкупить.

Есть и связанные с «Пейзажем» чисто художнические байки. Тихон рассказывает одну — про Тимура Новикова, который многие годы был другом и единомышленником Ивана Сотникова. Согласно легенде, когда Тимур написал свой вариант пейзажа, он посмотрел на работу и ворчливо сказал: «Слишком новая!». После чего выбежал вниз на площадь по ступенькам парадной и стал тереть работу о рельсы трамвайных путей, чтобы «состарить» её. «Но в этом случае я рассказываю то, что слышал от очевидцев, — история из разряда легенд, — уточняет Тихон. — Как Тимур Новиков тёр „Обязательный пейзаж“ прямо о сам пейзаж».

Помимо театральности-перформативности и отсылки к формату художественной школы, «Обязательный пейзаж» — про демократичность, комфорт и приятное времяпрепровождение. «В 80-е, 90-е, да и 2000-е годы к человеку, который стоит и что-то рисует на улице, непременно подходили любопытные прохожие, — рассказывает Тихон. — Это сейчас художники стали всем привычны на улицах города, а тогда человек, рисующий с натуры, вызывал интерес. Поэтому писать вид из окна в окружении близких тебе людей, с которыми тебе комфортно, конечно гораздо приятнее. Вообще для людей того времени то самое искусство, которое потом стало „ленинградским андеграундом“, поначалу было просто способом приятно проводить время. Многие из художников потом говорили: мы просто не могли не рисовать, не писать. У них не было далеко идущих мыслей о том, чтобы стать „настоящими“ художниками, учиться, проявлять себя».

Все «Обязательные пейзажи» разные, но ни в одном нет претенциозности. Это всегда лёгкие, бойкие, душевные работы. Некоторые отражают приметы времени: большие яркие советские вывески «Ткани» — на площади было два больших магазина тканей, и художники их запечатлели. Старые фонари, которые смотрятся куда романтичнее нынешних, совсем мало припаркованных автомобилей — их тогда вообще было меньше. «Обязательный пейзаж» меняется, но по сути остаётся таким же, как в XIX веке, — даже повальное строительство мансард 90-х и 2000-х годов площадь не затронуло. В Коломне их много, но именно здесь они пейзаж не изменили.

В самой квартире, по словам Тихона, сейчас висит примерно вдвое меньше картин, чем было при жизни Ивана Сотникова. Более того, картины самого инициатора проекта на стенах появились после его смерти. Сам он всегда «выставлял» других художников.

Стены в «галерейный» белый цвет красил ещё сам Сотников, в квартире высокие потолки, и кажется, что сюда с удовольствием бы ходили посетители. «Уже не раз звучала идея сделать здесь музейное пространство, это предлагали самые разные люди, — подтверждает Тихон. — Но, понимаете, предлагать легко… Я согласен с тем, что говорил и папа: люди должны видеть искусство, но сделать это сложно. Сразу встаёт вопрос об условиях, о хранении и прочем. Не случайно у музеев всегда такая масштабная инфраструктура. В квартире это сделать невозможно».

Сейчас архив «Обязательного пейзажа» отсняли и готовятся выложить на сайт, посвящённый Ивану Сотникову. «Фонтанка» сделала свои кадры и предлагает читателям возможность насладиться коллекцией.