Путти-пионеры, мозаика и тренажер: «Ночь музеев» в Петербурге

В Санкт-Петербурге акция «Ночь музеев» позволила горожанам заглянуть в здания, которые в обычные дни закрыты для посещения. Корреспонденты выбрали три точки: мозаичную мастерскую Академии художеств, Каменноостровский дворец и гребной клуб «Энергия». Каждый объект хранит уникальные истории и артефакты.

Мозаичная мастерская на 3-й линии Васильевского острова была основана в середине XIX века для оформления интерьеров Исаакиевского собора. Идея мозаик пришла Монферрану после поездки в Рим в 1842 году, а через три года император Николай I издал распоряжение. В Рим отправили пенсионеров Академии художеств, в Петербурге создали комитет по устройству Мозаичного заведения, пригласили итальянских специалистов и химика для производства смальты. В 1851 году в России появилась новая профессия: утвердили положение и штат Императорского Мозаичного заведения, а обученные пенсионеры вернулись на родину. В 1864 году мастерская переехала в собственное здание в академическом саду.

Сейчас это пространство напоминает музей разных эпох. Первый зал — помещение заливной плиты с большой исторической дверью и балкой для подъёма тяжёлых мозаик. На стене напротив входа, по обе стороны от герба Советского Союза, расположены две мозаичные маски. Экскурсовод объяснила: их создавали для Театра имени Мейерхольда в Москве, но проект не реализовали, и маски остались здесь навсегда.

В мастерской с огромными окнами — необходимыми, так как в XIX веке не было электричества — можно увидеть огромные картоны (эскизы в масштабе 1:1) и маленькие кусочки смальты, разложенные по цветам и оттенкам. Их бывало до 22 тысяч! Волонтёр «Ночи музеев» Татьяна Зайцева, студентка СПбГУ, дала участникам подержать смальту разных цветов и пообещала подарить на выходе по кусочку в конверте с печатью.

Одним из героев мастерской был Владимир Фролов, мозаичист из династии, работавшей над Исаакиевским собором и Спасом на Крови. Его отец и старший брат основали первую частную мастерскую декоративной мозаики, которую унаследовал Владимир, но после революции её закрыли. «Владимир Фролов возглавлял мастерскую и в самое тяжелое для нашего города время — в годы войны и в годы блокады Ленинграда, — рассказала Татьяна Зайцева. — На тот момент ему было уже 68 лет. Ему было предложено эвакуироваться, однако он не мог мыслить свою жизнь без мозаики. И поэтому он остается в блокадном городе и в одиночку продолжает работу над мозаиками для Московского метрополитена, которая была уже близка к завершению. И в 1942 году он заканчивает мозаику, отправляет по Дороге жизни, а спустя три дня он умирает. Конечно, в 68 лет работать в мастерской, где не было ни окон, ни отопления, ни электричества, очень тяжело. Владимир Фролов был похоронен на Смоленском блокадном кладбище на острове Декабристов в братской могиле профессоров Академии художеств».

Галерея на втором этаже ведёт к музею с мозаиками разных стилей и эпох. Посетителям предложили угадать связь между этим залом и знаменитым памятником III Коммунистическому интернационалу Татлина. На втором ярусе можно увидеть фрагмент мозаики Мавзолея Ленина — первого крупного госзаказа мастерской при советской власти. Другим важным объектом стал Дворец Советов, который должны были возвести на месте храма Христа Спасителя в Москве: здесь обучали мастеров для его украшения. Сохранилась учебная мозаика с биркой. Тут же — фрагмент со станции метро «Спортивная».

В конце экскурсии посетителей пустили в смальтоварочный цех, закрытый в 2019 году: здание является памятником, производство вредное, печи газовые (они давали больше оттенков, чем электрические). Есть и юридические нюансы: зданием распоряжается московская Российская академия художеств, и оно не является учебной базой для студентов, хотя практика там проводится. Это очень петербургское увядание, сохранившее вековую атмосферу.

Следующая площадка — Каменноостровский дворец, который с 2015 года занимает Академия талантов (региональный центр «Сириуса»). Попасть туда обычно сложно, если ты не талантливый школьник. Гостей встречали педагоги в дореволюционной военной форме и бальных платьях. Как выяснилось, эти наряды из фильма «Матильда» Алексея Учителя: их подарили Академии талантов после завершения выставки.

Дворец пережил долгую историю смены владельцев. Экскурсия охватывала времена Павла I, Александра I, великого князя Михаила Павловича и его супруги Елены Павловны. Позже здесь размещались лазарет и колония для беспризорных детей имени Луначарского, а в советское время — военный санаторий. Потом дворец думали отреставрировать под губернаторскую резиденцию или Дворец бракосочетания, но в итоге передали Академии талантов.

Сейчас здание выглядит безупречно: чистое, с современной мультимедийной техникой и сценическим светом, для входа требуются бахилы. В аванзале с видом на сад на мысу Каменного острова соседствуют электрический камин, гравюры с римскими развалинами и скульптуры: нимфа с фавном (аллегория высокого искусства и лёгкой музыки) и вакханка на льве. В советское время обнажённые ангелочки-путти смутили начальство, готовившее дворец для беспризорников. Тогда их «приодели», превратив в пионеров. При последней реставрации оригинальную живопись открыли, но оставили свидетельство: на одном из изображений ангелочки играют с советским резиновым мячом, а не с розой.

Убранство дворца примечательно: в Большом зале — кариатиды, сочетающие древнегреческую одежду и древнеегипетские головные уборы; в музыкальном салоне Елены Павловны — бюсты четырёх композиторов (Бетховен, Глюк, Моцарт и любимый ею Палестрина, рядом с которым изобразили её саму). С хозяйкой салона дружил Пушкин, здесь бывали Жуковский и Брюллов. Два года жил и писал музыку Антон Рубинштейн, организовывая концерты для сбора средств на создание Петербургской консерватории; когда средств не хватило, Елена Павловна пожертвовала собственные украшения.

Третья площадка — гребной клуб «Энергия» в стиле фахверк на берегу Крестовки. Это смелое расширение программы в сторону спорта: участникам не только показали и рассказали об академической гребле, но и усадили на вёсла для прогулки в сумерках. Музей собрали на два дня: награды, фотографии, публикации, истории о героях спорта, среди которых оказался даже британский актёр Хью Лори (доктор Хаус).

Эстетика клуба английская: первый в России клуб академической гребли — Английское гребное общество — основали в 1864 году британцы под началом обрусевшего предпринимателя Дмитрия Гибсона (по другим данным — по инициативе пастора Томпсона). Сначала базировались на Петровском острове, потом перебрались на Крестовский.

На бильярдном столе среди экспонатов самый загадочный — «баночка»: деревянное сиденье, которое в гребле ездит по рельсам вперёд-назад. В эллинге — «гараже» для лодок — рассказали о состязаниях, лодках (деревянных и карбоновых) и спасении при перевороте: нужно дёрнуть за верёвку, чтобы раскрыть липучки на кроссовках и освободить ноги. Там же притаились наградной пьедестал и тренажёры.

«Вы наверняка видели такой тренажер в фитнес-центрах, — показал Григорий Щулепов, президент федерации гребного спорта Санкт-Петербурга. — Как правило, на нем неправильно двигаются. Хотя вещь очень хорошая, она помогает зимой не забыть о том, что такое гребля (хотя техника довольно сильно отличается). Данный тренажер уже признан во всём мире, на нем проводятся чемпионаты мира и Европы. Это отдельный вид спорта — гребля индор (indoor — в помещении)».

Экскурсантов привели в кают-компанию по чугунной лестнице, где поделились историями о соревнованиях. На потолке заметили байдарку, по легенде принадлежавшую Николаю II; об этом свидетельствовала фотография, пока её не «увели».

Всего в «Ночи музеев» в 2026 году участвовали более 140 музеев, галерей, библиотек, выставочных и концертных залов. Тема года — «Родное». Акцию посетили свыше 60 тысяч человек.