«Купи улей — получи мед через год»: как питерский веб-дизайнер придумал пчелошеринг

Артем Жаров из Санкт-Петербурга 8 лет назад работал веб-дизайнером без школьного аттестата, но с солидным опытом. Сегодня он совладелец компании, продающей не просто мед, а целые ульи. Покупатели получают доступ к трансляции с пасеки и «урожай» в индивидуально оформленных банках. Бизнес стартовал непросто: вскоре после запуска погиб друг и партнер Артема. Однако предприниматель не отказался от общего дела, доведя команду до 40 человек и ежемесячного оборота в 6–8 млн рублей.

Артем вырос в Череповце, но лето проводил у бабушки с дедушкой в небольшом городе на пути между Москвой и Питером. Отец часто брал его в лес за грибами, что и зародило любовь к природе. В подростковом возрасте появились другие интересы.

— В 15 лет я начал прогуливать школу: целыми днями читал про веб-дизайн и пытался что-то делать сам. В 16 я уже профессионально этим занимался и зарабатывал. В школу так и не вернулся, у меня даже аттестата за 11 классов нет, — признается Артем.

Родители, по его словам, не давили и позволили идти своим путем. Сейчас 18-летний стаж в веб-дизайне он называет главной школой предпринимательства.

— Дизайнер — это тот, к кому приходит бизнес и выкладывает всё: сильные и слабые стороны, конкурентов. Ты должен глубоко погрузиться в дело и придумать, как лучше представить, чтобы у клиента пошли продажи. За 18 лет в профессии у меня сформировалось четкое понимание, что будет работать, а что нет, — поясняет Артем.

Переломный момент наступил во время личного кризиса: расставание с девушкой, конфликт на работе. Он поехал волонтером к блогеру, который ушел жить в лес.

— Там я узнал, что так можно: взять и уйти жить в лес, и это, во-первых, очень дешево, а во-вторых, невероятный уровень комфорта, ты там действительно восстанавливаешься. Всё другое: чистая вода, тишина, хороший сон, свое хозяйство, — вспоминает он.

Тогда же Артем впервые услышал о пермакультуре — способе вести хозяйство, где растения и животные поддерживают друг друга, не истощая землю.

— Как дизайнеру мне показалось: ничего себе, это же тот же самый точный дизайн, только про природу, — говорит Артем.

Позже Артем женился и с семьей переехал в Краснодарский край, купив домик в лесу. Там он познакомился с Михаилом, у которого была небольшая пасека. Друзья сначала не думали о бизнесе, но вскоре решили направить общие интересы в дело.

— У Миши было пять ульев, мы докупили еще пять. Собрали первый урожай, начали продавать мед банками, — рассказывает Артем. — После первого сезона стало понятно: это работает плохо. Ты тратишь большое количество времени и денег на покупателя, а он берет одну банку и, может, только через полгода вернется за второй.

Тогда родилась идея: продавать не мед, а улей — клиент платит сразу, а продукт получает в сезон. Первые заказчики, по сути, профинансировали старт.

— И тут мой бэкграунд с веб-дизайном пригодился: мы придумали, что человек может выбрать, как выглядит его улей, во что мед будет упакован, какое название или какая надпись будет на этикетках. При этом сможет удаленно за всем этим наблюдать, — говорит Артем.

Гипотеза о том, что сервис нужен ценителям меда, не подтвердилась. Только каждый пятый заказ был себе, остальные — в подарок.

На рекламу денег не было. Артем написал статью на открытый медиаресурс, и материал попал в топ, что привело к росту продаж.

— Мы были в эйфории, праздновали успех. А через несколько дней Миша, мой друг и партнер, утонул в проруби, — говорит Артем. — Это меня подкосило, где-то год прошел как в тумане.

Мысли бросить всё не возникало, только непонимание, как вести дело одному. Вместе с мамой и сестрой Миши решили продолжить: он взял на себя пасеку, они — бухгалтерию и юридические вопросы.

Первые три года компания росла на энтузиазме: Артем совмещал проект с фрилансом, партнеры не выводили деньги. Зарплату начали платить себе на третий-четвертый год.

Переломным стал короткий видеоформат: клиенты публиковали ролики в соцсетях, что вызвало приток заказов. С тех пор компания живет во многом за счет соцсетей. За прошлый год выручка выросла в семь раз, сейчас оборот — 6–8 млн рублей в месяц, в команде 30–40 человек.

На старте Артем и Михаил разделили обязанности: Миша отвечал за ульи и пчел, Артем — за упаковку и продажи. Сейчас у компании несколько своих пасек и партнерство с пчеловодами по всей стране.

— Мы находим пасеку, ставим на ней свои ульи, устанавливаем камеры. Раз в месяц приезжают фотографы и всё это снимают, — рассказывает он. — Компании достается продукт, а пчеловоду — прибыль. Цену мы им предлагаем выше оптовой и, конечно, постоянный сбыт. Плюс мы полностью забираем на себя маркетинг, общение с клиентом, продажу, фасовку, упаковку.

За личным кабинетом стоит IT-инфраструктура: своя разработка, аналитика, служба поддержки. По словам Артема, это позволит в будущем создать продукт для управления пасекой.

Артем разбирается в рынке меда: 95% — мелкие частные пасеки на 10–50 ульев, крупных хозяйств — считаные проценты. Массовое производство часто кочевое: пасеку возят от поля к полю вслед за цветением монокультур.

— Есть поля, где растет подсолнечник, рапс, гречиха. Туда привозят пчел, они собирают мед, его забирают и едут на другое поле, например на акацию. Из-за постоянных переездов у таких пчел слабый иммунитет, они контактируют с чужими, иногда зараженными семьями, и пасечникам приходится лечить их антибиотиками. Естественно, препараты частично попадают в мед.

— Кроме того, весь мед у пчел на массовом производстве часто забирается, а вместо него им дают сахарный сироп — сахар с водой перетопленный. Пчелы зимуют не на своем меде, а на сиропе, который сделал пчеловод. Просто потому что мед стоит минимум в два раза дороже сахара, — говорит Артем. — Сахар — рублей 50, а самый сомнительный мед оптом — 100–150. Разница для пасечника существенная.

Из-за низкого качества и недоверия покупателей пчеловодам приходится конкурировать ценой, страдают честные производители.

— Наш сервис построен на противоположных принципах: не кочевая пасека, а лесной мед с разнотравья и щадящий сбор — часть меда всегда остается пчелам, — поясняет предприниматель.

Бизнес инвестирует в оборудование для безопасного лечения пчел от клещей — без химии, но с сохранением эффективности. В перспективе — предложить технологию другим пасекам.

— Хочется сделать экологичное пчеловодство таким же простым и предсказуемым, как открытие кофейни по франшизе, — объясняет Артем.

Он уже выступал с проектом перед инвесторами на форуме в Красной Поляне и занял первое место. На вопрос о совете начинающим предпринимателям отвечает:

— Делать то, что хочется и что нравится, — в этом и будет твое преимущество перед теми, кто делает что-то ради денег. Искать что-то на стыке разных сфер, как получилось у меня с дизайном и природой. И не ждать больших денег, чтобы начать: жизнь сама приведет к нужному делу, если ты к этому готов.