«Родного человека в казенный дом?» Соцработники о профессии

Социальная защита в России ведет отсчет с 1701 года, когда Петр I издал указ об определении в богадельни нищих, больных и престарелых. Сегодня социальные работники помогают самым разным категориям граждан — от семей в трудной ситуации до пожилых и инвалидов. Работа эта нередко тяжела и неблагодарна, а оплачивается скромно. Корреспондент NGS.RU поговорил с тремя социальными работниками из Новосибирска о том, что удерживает их в этой сфере.

Галина (имя изменено по ее просьбе) работает соцработником около полутора лет и обслуживает семь человек — все они пожилые люди с инвалидностью. Она приходит к ним каждый рабочий день. В юности Галина не думала о такой карьере, хотя всегда хорошо ладила с пожилыми родственниками.

«У меня всегда были близкие отношения с моими бабушками-дедушками. Один из дедушек всегда со мной занимался: водил меня в бассейн, учил плавать, возил на каток, на лыжи, учил меня водить. Второй дедушка с бабушкой жили на левом берегу, я к ним приезжала на летние каникулы в детстве. И они были мне самыми родными людьми. Бабушка была и остается мне как будто второй мамой. Я ей звоню каждый день. А дедушек уже нет в живых, к сожалению», — поделилась она.

До социальной работы Галина девять лет трудилась менеджером в контакт-центре платного отделения больницы. Именно там она задумалась о желании помогать людям. «Я любила больницу, но на врача учиться, мне казалось, было уже поздно. Больше года я думала о том, куда пойти работать дальше, и окончательно определилась, что хочу быть ближе к пенсионерам», — рассказала она. По ее словам, пожилые люди — как большие дети, и ей всегда хотелось их выслушать и помочь.

После увольнения и переподготовки Галина устроилась в социальную службу, которая помогает инвалидам и глубоко пожилым людям, неспособным заботиться о себе. «Эти люди мне уже как родные, я к ним прихожу каждый день, они меня все ждут (если, конечно, сохранен разум). У всех моих подопечных, к примеру, есть родственники, и для родственников мы тоже большая поддержка», — говорит она.

Подопечные рассказывают ей истории из жизни — про детство, юность, работу в полях, родную деревню. Галина сравнивает эти рассказы с чтением книги. «Одна бабушка была геодезистом, она рассказывала про первые их работы в полях, как они жили в палатках. Другой человек, родом из глубокой деревни из-под Новосибирска, рассказывает, какой путь он прошел, чтобы оказаться здесь, и это великий путь», — делится она.

Несмотря на любовь к работе, Галина признает, что физически и морально выматывается. Иногда общение с родственниками подопечных дается тяжелее, чем с самими пожилыми. «Без любви тут работать очень сложно: где-то нужно проявлять терпение, где-то любовь и заботу», — подчеркивает она.

Анна работает в социальной системе с 2002 года. Она получила юридическое образование, но после института откликнулась на вакансию социального центра, где сначала занималась оформлением документов. Со временем она заинтересовалась работой с людьми и переквалифицировалась в социального работника в стационарном учреждении для пожилых.

«Сначала было, конечно, очень тяжело, я приходила домой и плакала. Мне казалось: как так-то можно — человека отдать в дом престарелых? Было такое стереотипное мышление: нельзя своих родных отдавать в „казенный дом“. Сейчас я понимаю, что в некоторых случаях это лучший выбор для человека», — признала она. По ее словам, в психоневрологических интернатах и домах престарелых обеспечивается круглосуточный уход и досуг — концерты, волонтеры. «У нас люди даже женились в пожилом возрасте — это, даже можно сказать, обычное дело», — добавила Анна.

Позже Анна перешла на надомное обслуживание, которое, по ее словам, оказалось еще тяжелее, так как на дому обслуживают одиноких людей, за которыми больше некому ухаживать. За 22 года карьеры она несколько раз переживала выгорание, но справлялась с помощью коллег. Сейчас Анна — заведующая надомным отделением комплексного центра, участвует в проекте по внедрению системы долговременного ухода.

«Я думаю, что если человек не любит людей, то ему в профессии делать нечего, это очень тяжело. Я думаю, что в моем случае, если бы не социальная работа, это было бы, наверное, волонтерство. Потому что как-то же надо реализовать себя. Не просто так, наверное, я на свет появилась», — подытожила Анна.

Лариса Аезжева — инструктор по адаптивной физической культуре в МАУ «Стадион». Она окончила факультет иностранных языков Томского педагогического университета, работала переводчиком в Германии, а затем занималась бизнесом по доставке товаров из-за рубежа. Когда бизнес пришлось свернуть, она решила направить энергию на социальную работу.

«Мне захотелось свою энергию пустить именно в благородное русло — на социальную работу на свежем воздухе, где я и сама получаю пользу, и могу очень многое дать людям», — объяснила Лариса. Она профессионально занимается скандинавской ходьбой и пришла в «Стадион», чтобы бесплатно заниматься с желающими. Также она получила дополнительное образование по адаптивной физкультуре для людей с особенностями.

В основном на занятия приходят люди 50 лет и старше, которые начали заботиться о здоровье. Лариса сотрудничает с ТОСами и ветеранскими организациями. «Обратная связь идет очень хорошая. Понимаете, я им — они мне, как будто энергетический мячик бросаем туда-сюда. Хочется заряжать и заряжать друг друга. Люди приходят на эмоции. Эмоции нужны, тепло вот это душевное», — говорит она.

Лариса начала работать социальным работником три года назад, в 50 лет, и признается, что берет пример с коллег, которые трудятся в сфере по 20–25 лет.