Сестрорецкий завод: три века истории

Почти три столетия Сестрорецкий завод находился на грани закрытия, но каждый раз выживал, переживая смену эпох и политических строев. Здесь выпускали ружья для армии, включая легендарную винтовку Мосина, а также экспериментировали известные оружейники. Однако окончательный упадок наступил после приватизации и смены экономической модели. Сейчас предприятие существует за счёт сдачи помещений в аренду, а в 2026 году суд передал его государству.

Основание завода относится к первой половине XVIII века, когда Пётр I решил построить оружейное производство недалеко от Петербурга. Как и другие металлургические предприятия того времени, его планировали сделать вододействующим, то есть использующим энергию реки.

В 1720 году с Олонецких заводов пригласили плотинного мастера Венедикта Беера, чтобы он нашёл подходящее место для плотины на Сестре-реке. Пётр I лично одобрил выбранную точку и установил там флаг. Строительство началось в июне 1721 года под руководством инженера Виллима Геннина и завершилось к 1724 году, когда завод начал работу. Посёлок заселяли мастера из Москвы и с Олонецких заводов.

Сестрорецкий оружейный завод стал одним из крупнейших и технически оснащённых предприятий России. Он выпускал офицерские и солдатские ружья, шпаги, мушкетоны, пищали, пистолеты, кортики и палаши. Однако производство было дорогим из-за удалённости от источников сырья: руду везли с Урала и из Сибири — летом баржами, зимой санями. Жизнь в Сестрорецке также стоила немалых средств.

Казна финансировала только производство, но не содержание предприятия, поэтому ремонт зданий и оборудования оплачивали из заработанных средств. После смерти Петра I завод перепрофилировали: вместо оружия стали выпускать гвозди, железо для оковки лафетов и кораблей, проволоку и другие изделия. Прежние названия мастерских исчезли, появилась инструментальная фабрика.

К 1735 году завод пришёл в упадок, и Кабинет министров решил перевести его в «безубыточное и удобное место», оставив лишь небольшую часть в память о Петре. Однако начавшаяся русско-турецкая война потребовала увеличения выпуска оружия, и завод не закрыли. На содержание мастерских выделили 4 тысячи рублей в год, перестроили корпуса и модернизировали кузницу.

Сырьём завод обеспечивали из разных источников: руду добывали на окрестных рудниках, но они быстро иссякали. В 1735 году нашли лучший рудник на Дыбуне-болоте, где возвели Чернореченские заводы. С этого момента Сестрорецкий завод получал качественные чугун и сталь и возобновил выпуск оружия.

В 1737 году завод получил заказ на 1943 фузеи для Семёновского полка и 1000 карабинов для конного гвардейского полка. Первую партию оружия изготовили в августе, и на смотре ружья не уступали французским образцам. Тогда же создали Оружейную канцелярию для управления заводами, а к заводу приписали крестьян Выборгской губернии для заготовки руды, угля и брёвен. Число мастеровых ограничили 326 человеками, но сестрорецкие ружья всё равно оставались дороже тульских.

В 1741 году началась русско-шведская война, и завод успешно выпускал оружие для пограничных крепостей. Однако в декабре Военная коллегия решила, что достаточно одного тульского завода, и Сестрорецк хотели передать в другое ведомство. Андрей Беер, помощник Геннина, предложил содержать завод без ежегодной дотации, на доходы от продажи припасов. Его предложение приняли, и завод остался в составе Военной коллегии.

Под руководством Беера завод делал не только оружие, но и другие изделия: часы для Петропавловского собора, предметы для Царского Села, «папинову машину» для Ломоносова, а также простые вещи — дверные затворы, петли, медные ручки. Военные заказы сокращались: в 1746 году распорядились не делать их без особой нужды, и завод занимался ремонтом ружей и холодным оружием. С 1756 по 1766 год здесь даже чеканили медные деньги.

Генерал-фельдцейхмейстер князь Орлов обследовал завод и предложил сохранить его на случай проблем с Тульским заводом. Екатерина II одобрила идею, но заказы не увеличились. В 1766 году императрица подарила Орлову усадьбу Лахту, лишив завод леса, а в 1767 году передала Чернореченские заводы Потёмкину. Завод потерял сырьевую базу и пострадал от пожара, уничтожившего кузницу и мастерские.

Несмотря на трудности, мастера создавали произведения искусства: по проекту Кваренги завод строил мосты, беседки и решётки для Царского Села и Фонтанки. Легенда гласит, что завод посещал Суворов: возвращаясь из Финляндии, он пешком прошёл в Сестрорецк в солдатской шинели, осмотрел производство и воскликнул: «Помилуй бог, как штыки остры — любо сердцу!».

Возрождение началось в 1796 году с заказа на 2,4 тысячи ружей для Преображенского полка. Перевооружение армии в конце XVIII века помогло заводу превратиться из мануфактуры в фабрику с механизированным производством. В начале 1800-х годов провели модернизацию: перестроили плотину и обновили оборудование.

В 1808 году командиром завода стал частное лицо — художник Ланкри, но он не справился с обязанностями. Его родственник подполковник Иван Ланкри вывел предприятие на новый уровень, добившись единообразия в отделке оружия. Иностранные мастера считали это невозможным, но сестрорецкие умельцы могли разобрать более ста замков, перемешать детали и собрать их заново.

В 1812 году завод получил сырьевую базу: купили несколько имений, включая Линдуловское с Райволовским чугунолитейным заводом. После отмены крепостного права экономическая модель изменилась, и оружейные заводы решили передать в частные руки. В 1864 году первый арендный контракт заключили с полковником Отто Лилиенфельдом сроком на 5 лет.

Арендаторы стремились снизить себестоимость и увеличить прибыль. Завод освоил выпуск казнозарядных винтовок, а позже — винтовок Бердана. К 1880 году коммерческое управление перешло к полковнику Болонину, и предприятие стало прибыльным.

Когда перевооружение винтовками Бердана завершилось, завод переключился на гражданскую продукцию, в основном инструменты. Новая страница истории открылась с разработкой винтовки Мосина. В 1891 году её приняли на вооружение, а в 1894 году сам Сергей Мосин возглавил завод и наладил массовый выпуск. При нём провели модернизацию, перевели производство на электроэнергию, что снизило себестоимость.

После смерти Мосина в 1903 году на заводе учредили премию его имени для мастеровых и рабочих за изобретения в любой отрасли техники. Награждение продолжалось до 1917 года. К 1902 году перевооружение трёхлинейной винтовкой почти завершилось, но русско-японская война обеспечила заказы.

В начале XX века Сестрорецкий завод стал главной лабораторией по разработке автоматического оружия. Владимир Фёдоров и Фёдор Токарев одновременно создавали автоматические винтовки в 1908–1914 годах. Фёдоров предложил более лёгкое оружие с уменьшенным патроном — идею, которая позже привела к автомату. Токарев дорабатывал собственную самозарядную винтовку, а в 1916 году возглавил отдел проверки и сборки. Василий Дегтярёв, начавший работу в 1913 году, разрабатывал автоматический карабин. Яков Рощепей создал одну из первых десятизарядных автоматических винтовок.

Первая мировая война остановила разработки, а после революции завод выпускал оружие для Красной армии. В 1922 году руководство решило не содержать три оружейных завода: 19 ноября предприятие официально «демобилизовали» и переориентировали на режущий и измерительный инструмент. Завод стал первым специализированным инструментальным предприятием страны и получил имя революционера Семёна Воскова.

К 1925 году инструмент завода завоевал рынок: производство свёрл выросло, номенклатура расширилась. В годы индустриализации выпуск увеличился в 5 раз за 2,5 года. Во время Великой Отечественной войны оборудование эвакуировали, а оставшиеся сотрудники делали детали для пулемётов, винтовки, ремонтировали орудия и инструмент.

После войны ГКО решил восстановить завод. К концу 1946 года рабочие восстановили 11 цехов. Расцветом СИЗ считаются 1950–1980-е годы: завод выпускал фрезы, сверла, плашки и поставлял продукцию в Европу и США.

Развал СССР и экономический кризис подкосили предприятие. В 1991 году СИЗ стал ОАО «СИЗ», акции распределили между работниками. В 1992 году директором избрали Николая Гейгера. В 1999 году завод реорганизовали в холдинг из трёх акционерных обществ: одно делало специальный инструмент, второе — товары народного потребления и блок-матрицы для алмазов, третье — массовый стандартизированный инструмент, который составлял 80 % продукции. Возникли проблемы с модернизацией из-за нехватки средств.

Топ-менеджеры выкупили акции у сотрудников по низкой цене — около 50 рублей за штуку при стоимости водки 85 рублей в 2000 году. К началу 2000-х руководство владело 50 % акций, а к 2003 году, по данным СМИ, 95 % перешло к компаниям, связанным с Дмитрием Кунисом. Основным собственником стала американская Jensen Group Стивена Уильяма Уэйна.

В 2003 году началась реконструкция производственных площадей, но фактически станки отправили на металлолом. В 2006 году разработали концепцию перебазирования завода в Конную Лахту, а территорию планировали застроить. В 2008 году заложили первый камень в основание комплекса «Петровский Арсенал», но проект отклонили из-за охранного статуса зданий. В 2009 году СИЗ окончательно прекратил производство.

В 2025 году выручка от аренды составила 567 млн рублей, чистая прибыль — 181 млн рублей. На декабрь 2025 года 97,22 % акций принадлежало ООО «Волга» Виктора Осокина, ещё 2,78 % — физлицам. На территории завода работает ООО «Нью Даймонд Технолоджи», выращивающее алмазы для промышленности.

В июле 2026 года прокуратура потребовала обратить взыскание на имущество предприятия. Суд признал недействительной сделку по продаже 98,72 % акций через ООО «Волга» Осокину: 1,29 млрд рублей взыскали в доход государства, предприятие национализировали. Причиной стали нарушения порядка согласования сделки с иностранными структурами и схема финансирования. Деньги, привлечённые на развитие территории, пошли на выкуп акций.

Суд установил, что с 2021 года застройщик «Специализированный застройщик ЭВО» под предлогом строительства жилья добился кредитной линии в банке «Дом.РФ» на 16 млрд рублей. Банк перечислил около 1,5 млрд, но Осокин направил их на выкуп акций, а не на стройку. Прокуратура отметила, что сделка не была согласована правительственной комиссией, что позволило скрытно вывести деньги за рубеж в обход ограничений. Осокин подал апелляционную жалобу.

За три века Сестрорецкий завод пережил войны, революции, индустриализацию и национализацию. От производства оружия осталась лишь память — слово «завод» в названии даже не упоминается. Сможет ли государство реализовать на этой территории хоть какой-то проект, пока неясно.