За покушением на адвоката видят ритуальный заказ

Расследование уголовного дела о покушении на убийство адвоката Константина Огородникова подходит к завершению. Пятеро непосредственных исполнителей уже дали показания, признался и предполагаемый организатор, однако некоторые ключевые детали он отказывается излагать письменно.

Нападение произошло в августе 2025 года на улице Ушинского, где на адвоката напали и избили монтировкой.

Потерпевший ранее являлся юристом миллиардера Игоря Минакова, скончавшегося в 2018 году. Состояние бизнесмена оценивалось в 11–17 миллиардов рублей, а его империя включала десятки предприятий, в том числе «Мостострой № 6». Из-за деятельности в похоронной сфере Минакова часто называли королём ритуального бизнеса. После его смерти среди наследников начались конфликты, последовали банкротства компаний и активные проверки со стороны правоохранительных органов.

По данному делу проходят шестеро обвиняемых. Четверо из них приехали из Твери, где известны как представители спортивно-хулиганской среды. Ещё один фигурант, Титов, работает помощником по молодёжной политике у депутата Законодательного собрания Петербурга. Основным подозреваемым в организации нападения является 53-летний Адуев. Он был осуждён в Дагестане в 2004 году за участие в незаконном вооружённом формировании, а до этого имел судимости. Его арестовали в октябре 2025 года.

Согласно показаниям Адуева, летом 2024 года к нему обратился неизвестный и предложил 100 тысяч рублей за жестокое избиение адвоката, чтобы тот оказался в реанимации. В качестве мотива называлось недостойное поведение юриста. Организатор нанял исполнителей через анонимный канал в Telegram. С учётом всех расходов на переезд из Твери, проживание и другие издержки, участники нападения получили весьма скромное вознаграждение.

Адуев не скрывает, что был лично знаком с Игорем Минаковым и имел связи в ритуальном бизнесе, помогая диаспорам организовать перевозку тел умерших на историческую родину. На допросах он устно упоминает о негласных контактах со службой безопасности похоронной отрасли, но отказывается фиксировать эти сведения в протоколах.