Роботизация ОПК уперлась в ГОЗ

Выполнение президентского поручения о росте роботизации промышленности столкнулось с особенностями ценообразования в гособоронзаказе (ГОЗ). Для предприятий ОПК повышение эффективности оборачивается потерей прибыли, поэтому они не торопятся внедрять роботов. Об этом сообщил врио главы комитета по промышленной политике, инновациям и торговле Петербурга Алексей Яковлев на нулевых чтениях проекта бюджета города на 2027 год.

Комитет запросил 100 млн рублей субсидий на внедрение робототехнических систем. Яковлев напомнил депутатам Заксобрания: «В соответствии с поручением президента Российской Федерации необходимо обеспечить вхождение России в число 25 стран мира по показателю плотности роботизации к 2030 году с учётом темпов роботизации, которые установлены Министерством промышленности и торговли Российской Федерации».

Однако, по словам чиновника, существует нюанс: «Все, в общем-то, эту проблему знают, но до сих пор решения нет, потому что предприятиям ОПК невыгодно зачастую с финансовой точки зрения [повышать производительность труда]». Он призвал парламентариев подключиться к решению вопроса на федеральном уровне.

Проблема в том, что в системе ГОЗ рост производительности труда снижает прибыль предприятия. В беседе с «Фонтанкой» Яковлев пояснил: при выполнении гособоронзаказа действуют нормативы ценообразования, утвержденные приказом Минпромторга РФ № 334 от 8 февраля 2019 года. Цена складывается из статей затрат:

Затраты делятся на привнесенные и собственные. Прибыль рассчитывается с нормативами до 25% на собственные затраты и до 1% на привнесенные. Собственные расходы включают зарплату и накладные расходы — это основа нормативной прибыли. Если предприятие снижает эти расходы, автоматически падает его прибыль.

Сейчас Минпромторг и Минобороны обсуждают изменение схемы расчета, сообщил Яковлев. «Фонтанка» направила запрос в Минпромторг, но там оставили его без комментариев.

На одном из предприятий, работающих с ГОЗ, подтвердили наличие проблемы, но отметили, что ситуация неоднозначна. «Нельзя прямо так сказать, что не выгодно [внедрять роботов]. В любом случае есть задача повышать производительность труда, есть задача делать и строить, производить продукцию и строить быстрее с наименьшими издержками», — сказал собеседник.

По его словам, многие предприятия ОПК ведут переговоры с Минобороны о возможности больше зарабатывать при снижении издержек. «В любом случае роботизация неизбежна, и предприятия, в том числе оборонно-промышленного комплекса, все равно пойдут по этому пути, потому что это в целом позволит повысить эффективность и ускорить сроки производства оборудования, в том числе в интересах гособоронзаказа», — считает он.

В Петербурге сейчас работают более 2 000 роботов. К 2030 году планируется довести показатель до 9 429, то есть ежегодно внедрять 1 155 единиц. «Задача более чем амбициозная», — подчеркнул Яковлев.

Субсидии на роботизацию начали выдавать с конца 2025 года. В прошлом году Смольный распределил 40 млн из 100 млн рублей. На 2026 год заложено еще 100 млн. Предприятия могут получить до 10 млн рублей из городского бюджета, компенсируя до 80% затрат на петербургских роботов, до 50% — на российских, до 30% — на иностранных.

Есть и федеральные меры: компенсация до 20% расходов, максимальная субсидия — 80 млн рублей на одного заявителя. Общий бюджет на 2026 год превышает 912 млн рублей.

Первые получатели субсидий в основном закупали иностранных роботов, так как российских пока мало и они не всегда подходят под запросы бизнеса. В Смольном при запуске меры рассчитывали на рост производительности труда минимум на 10%, снижение себестоимости на 5-15% и увеличение объемов производства не менее чем на 5%.

Депутаты спросили, как задача по производительности соотносится с планами увеличить число занятых в обрабатывающей промышленности на 50 000 человек. Яковлев ответил, что противоречие кажущееся: «Кадровый дефицит в промышленности Петербурга оценивается как раз именно такими цифрами. С учётом того, что нам необходимо ещё и повышать уровень объёма отгрузки продукции, и с учетом кадрового дефицита, даже внедряя программу автоматизации, мы не сможем достичь тех целей, которые стоят».