Полковник Смирнов признался в убийстве журналиста и погиб на войне

Михаил Смирнов, идейный борец с коррупцией, ветеран чеченской кампании и мастер спорта по дзюдо, также оказался убийцей, организовавшим взрыв бизнесмена, расстрелявшим собственного агента и задушившим журналиста Максима Максимова. Он не вернулся из боя, которого ожидал более года, поставив точку в истории, начавшейся 22 года назад.

Михаил Смирнов родился в 1964 году в Ленинграде, вырос на Васильевском острове. Он занимался дзюдо в клубе «Факел», достиг звания мастера спорта и вошёл в сборную города. После окончания Института советской торговли имени Энгельса он служил на границе военным разведчиком, а затем два года руководил спортивно-техническим клубом ДОСААФ.

В 1990 году Смирнов надел погоны, начав службу в отделе по борьбе с хищениями социалистической собственности. Со временем он стал заместителем начальника отдела по борьбе с коррупцией ГУ МВД по Северо-Западному федеральному округу, который был упразднён в 2014 году.

В 1996 году, будучи капитаном милиции, он отправился в Чечню, где получил ранение и награду. После лечения вернулся к службе.

В 2005 году Смирнова и двух его подчинённых арестовали по обвинению в фальсификации доказательств по коррупционным делам. Он провёл два с половиной года в СИЗО, но коллегия присяжных оправдала всех фигурантов, и они были восстановлены на службе.

Смирнов специализировался на борьбе с коррупцией, демонстрируя одни из лучших показателей на Северо-Западе. Он был беспощаден к чиновникам, депутатам и коллегам по МВД. Жил скромно, ушёл в отставку в 2019 году, после чего работал в службе безопасности оборонного предприятия.

В мае 2024 года его задержали по делу о подрыве автомобиля бизнесмена на Турухтанных островах в июне 1998 года. В ходе следствия Смирнов признался ещё в двух убийствах — журналиста Максима Максимова, пропавшего в 2004 году, и собственного агента.

В июне 2024 года он заключил трёхлетний контракт с Министерством обороны России, однако следствие не отпустило его на специальную военную операцию, сославшись на проверку возможных связей с украинскими спецслужбами и вооружёнными формированиями.

22 января 2026 года суд по ходатайству военного комиссариата постановил освободить Смирнова из-под стражи, а уголовное производство приостановили. Его доставили в воинскую часть для отправки в Воронеж, но в середине февраля он не вернулся из боя на границе Белгородской и Харьковской областей. Его подразделение подверглось атаке дрона-камикадзе.

Максим Максимов, репортёр Агентства журналистских расследований (АЖУР) и издания «Фонтанка», сегодня мог бы отметить 62 года. Выпускник Театрального института, он начал карьеру в газете «Смена» в 1989 году, где поднял отдел культуры на новый уровень. В 1993 году он познакомился с Андреем Константиновым, создавшим криминальный отдел.

С 1998 года Максимов работал в АЖУР, сосредоточившись на криминальных сводках и расследованиях. Он писал о коррупции в милиции, убийстве депутата Галины Старовойтовой, а также о делах, связанных с карьерой Михаила Смирнова.

Журналист отмечал методы работы отдела Смирнова: повторяющихся заявителей, «эксперименты» со взятками, случаи, когда подследственные выглядели жертвами тщательно спланированных комбинаций. Максимов хотел взять у Смирнова интервью и собрал на него обширную базу, но полковник отказывался.

Максимов пропал 29 июня 2004 года. В тот день он работал репортёром в суде по делу об убийстве Галины Старовойтовой, поэтому следствие первоначально рассматривало эту версию. АЖУР начал собственное расследование с первого дня пропажи. Информация о причастности Смирнова появилась примерно тогда же, когда он восстановился на службе после оправдания, но официальное обвинение было предъявлено лишь 20 лет спустя.

То, что долго оставалось версиями, в конце 2024 года Смирнов рассказал сам в признательных показаниях и во время многочасовой беседы в «Крестах» с Евгением Вышенковым.

Примерно в феврале 2004 года Максимов пришёл к Смирнову в кабинет, и их разговор длился около двух часов. В конце беседы журналист произнёс фразу, которую полковник интерпретировал как предложение «договориться». На допросе Смирнов признался, что не смог убедить Максимова в своей непричастности к провокациям взяток. «И у меня родилась мысль — „убью!“», — вспоминал он.

29 июня 2004 года план был приведён в исполнение. На Фурштатскую улицу, 26, под предлогом участия в проектах Максима заманил агент Исаев, работавший на полицию. Вместо офиса там оказалась баня, где журналиста ждали Смирнов, два уголовника — Меликсетов и Мещеров, а также оперативник МВД Пятов.

Сообщник сразу ударил Максимова стальной трубой по голове, после чего Смирнов накинул на его шею верёвку. Когда журналист ещё подавал признаки жизни, Меликсетов начал бить его ногами по голове. Затем верёвку перекинули через перекладину шведской стенки и вздернули, а на голову надели полиэтиленовый мешок.

Тело завернули в брезент, положили в багажник служебной «Волги» ГАЗ-24, вывезли за город и закопали.

За 20 лет ландшафт изменился, но в декабре 2024 года Смирнов уверенно привёл следственную группу, сотрудников ФСБ и журналиста Евгения Вышенкова к лесополосе у Белоострова. Курсанты МЧС и техника снимали слой за слоем, пока не обнаружили останки, которые позже опознали по генетической экспертизе.

Сам Смирнов говорил, что из трёх убийств искренне раскаивается только в убийстве Максимова — потому что причиной стала не защита от бандитов, а его «дурацкая привычка не отступать, если уже принял решение», и потому что он ошибся в оценке собеседника.

В сентябре 2025 года коллеги проводили Максима Максимова в последний путь на Смоленском кладбище — на третьей Петроградской дорожке, рядом с основателем АЖУРа Андреем Константиновым. На плите выбита фраза «В России надо жить долго», напоминающая о том, сколько времени потребовалось для установления правды.

Тело Максима Максимова вряд ли было бы найдено, а Михаил Смирнов дал признательные показания, если бы не усилия заместителя главного редактора «Фонтанки» Евгения Вышенкова. Бывший оперативник, он 20 лет собирал факты, людей и обстоятельства, и в 2024 году всё сошлось.

Расследование гибели Максимова началось сразу после его исчезновения в 2004 году. Редакция и коллеги неоднократно писали о возможной причастности сотрудников МВД по Северо-Западу, и фамилия Смирнова фигурировала в публикациях десятки раз.

Обращения АЖУР во все инстанции на протяжении многих лет не приводили к процессуальному результату. Летом 2005 года журналисты АЖУР уже знали место, где, по словам соучастника Мещерова, был закопан Максимов. Там копали два месяца с участием МЧС и Минобороны, но ничего не нашли — как выяснилось, Смирнов обманул подельников, назвав неверное место.

Процессуальному финалу мешало отсутствие двух ключевых элементов: признания Смирнова и тела Максимова.

В 2023 году делом занялись криминалисты Следственного комитета по Северо-Западу. Совместно с оперативниками службы «М» ФСБ и Управления уголовного розыска Петербурга они собрали убедительные доказательства вины Смирнова.

Зимой 2024 года Смирнов сообщил следователю, что готов показать, где закопан журналист. 19 декабря начались раскопки, и 25 декабря останки были найдены.

После этого Евгений Вышенков получил возможность взять интервью у Смирнова в «Крестах». Там бывший полковник раскрыл свою биографию, идеологию и внутренние оправдания.

Из разговора с Вышенковым и показаний складывается образ человека, который измеряет всё силой, идейностью и личной готовностью «нести ответственность», но переходит границу, где ответственность становится произволом.

Для Смирнова были важны несколько принципов:

Когда в 2024 году Михаил Смирнов признался в убийстве Максима Максимова и указал место захоронения, Евгений Вышенков заявил: «Точка». Однако истинным финалом, похоже, стал февраль 2026 года, когда Смирнов погиб на фронте.