Джонни Депп вернулся в Голливуд в «Скрудже»

В прокате — «Скрудж», новая экранизация «Рождественской песни» Диккенса от режиссёра ужасов Тая Уэста. Главную роль сыграл Джонни Депп, для которого это возвращение в большие голливудские проекты после восьмилетнего перерыва.
22 ноября, 2026, 07:13
0
Источник:

кадр из фильма

В мировой прокат вышел «Скрудж» — экранизация «Рождественской песни в прозе» Чарльза Диккенса. Постановщиком стал Тай Уэст, известный автор хорроров. Из истории о жадном дельце, которому на Рождество являются призраки, он попытался сделать готический ужастик в духе Тима Бёртона, а роль Скруджа получил Джонни Депп. Его появление — главная интрига картины.
Напомним: Скрудж — не имя утки-миллионера, а фамилия диккенсовского героя, ставшая нарицательной для любого скряги. В оригинале фильм назван по имени персонажа — «Эбенезер». В российском прокате его переименовали в «Скруджа» — так название отзывается у любого ребёнка 90-х.
Накануне Рождества Скрудж сидит в мрачной конторе, называет нищих на улице бездельниками, смеётся над благотворительностью, мытарит клерка Крэтчита (Руперт Гринт) и злобно отклоняет приглашение на праздничный ужин от племянника Фреда (Сэм Клафлин). Больше всего его раздражает бессмысленная радость на Рождество. Вечером к Скруджу является дух покойного партнёра Марли (Иэн Маккеллен) и предупреждает: если Эбенезер не исправится, его ждут вечные муки. Затем поочерёдно появляются три призрака — прошлого, настоящего и будущего Рождества. Они показывают Скруджу всю его жизнь и дают единственный шанс изменить судьбу.
В западном мире «Рождественская песнь» — хрестоматийная вещь наравне с «Оливером Твистом» и «Пиквикским клубом». Её экранизировали множество раз, Скруджа играли Джим Керри, Гай Пирс и Майкл Кейн. Но таким ужастиком история ещё не становилась.
Тай Уэст известен авторскими хоррорами «Перл» и «Максин XXX», стилизованными под слэшеры 1980-х. Здесь вместо призраков Рождества он призвал главным образом дух Тима Бёртона. Это заметно с первых кадров: кроваво-красное готическое заглавие, туманный викторианский Лондон, гроб, кладбище, ворон. Дальше — больше. Иэн Маккеллен в саване страшно разевает рот и гремит цепями. У безобидных призраков Рождества то сизые бельма вместо глаз, то зияющая грудная клетка, то они напоминают смесь назгулов с дементорами. По улицам носятся толпы воющих призрачных зомби.
Находка вроде бы неплохая, но все ужасы здесь словно для проформы. В них нет ни жути, ни макабрического веселья, которым были полны особенно ранние фильмы Бёртона. Это скорее сдержанный викторианский поклон мастеру, и такая церемонность больше вредит.
При всей заявке на новаторство, которой приманивали зрителя в рекламной кампании, «Скрудж» при ближайшем рассмотрении оказывается очень консервативной, традиционной и не хватающей звёзд с неба экранизацией. Всё как положено: верно расставленные акценты насчёт жадности и страданий неимущих, сентиментальная мораль, без выдумок и хулиганства. Оно и понятно — антикапиталистическая тема «Рождественской песни» сейчас как нельзя более ко двору. Но Диккенс оживил довольно слащавый жанр святочной истории своим талантом, а Тай Уэст загоняет историю глубже в объятия серьёзной благонравности.
Главный аттракцион фильма — не призраки, а сам Эбенезер. Вернее, исполнивший его роль Джонни Депп. Он и сам тут появляется отчасти как призрак самого себя. В голливудских постановках актёра не было уже восемь лет — после скандального судебного разбирательства с Эмбер Херд. Тогда Депп лишился роли Гриндевальда в «Фантастических тварях» прямо посреди съёмок франшизы и с тех пор появлялся только в независимых проектах второго плана, и то не слишком успешно. Премьера «Скруджа», который продвигает один из голливудских гигантов Paramount, знаменует возвращение Джонни в объятия фабрики грёз.
Тем более в привычном для него жанре — лёгком ужастике под Бёртона. Депп в образе Скруджа скорее похож на другого бертоновского героя, Пингвина, которого когда-то сыграл Дэнни ДеВито. Эбенезер-Депп двигает длинным бутафорским носом, морщится, хмурится, щурится, щерится и всячески старается показать переход героя из токсичного состояния в прогрессивное. Фильм явно нарочно пухнет от намёков на депповскую драму и покаяние. С помощью призраков Скрудж наконец замечает страдания бедных, осознаёт своё абьюзивное поведение и привилегии, заново переживает детские и юношеские травмы — в общем, прорабатывается, как сейчас говорят. Всё это кажется несколько формальным, но таков и ритуал, которым, честно говоря, кажется весь фильм: праздничное мероприятие по разнарядке, выполненное без огонька, но исправно.
Как говорил товарищ Огурцов в «Карнавальной ночи», «необходимо приложить игру фантазии, чтобы в соответствии со сметой провести наше мероприятие, так сказать, на высоком уровне».
Читайте также